Как часто люди встречают бортпроводников? Очевидно, в путешествиях, когда преодолевают тысячи километров на высоте в 10 км над землёй.
Представьте, что на одном из бортов, направляясь, скажем, в Москву, вы встретите свою землячку. Но не в соседнем кресле около иллюминатора, а во главе салона. Это и будет выпускница гимназии г. Хойники Илона Атрощенко. Уже 2,5 года девушка работает бортпроводником авиакомпании «Белавиа».
– Хойники – тихий райцентр, который окружает хвойный лес. Как девочка с Полесья начала смотреть в небо?
– Скорее, это не мечта детства, а воля случая. Изначально я искала работу репетитором английского языка и совершенно случайно наткнулась на вакансию бортпроводника в «Белавиа». Заполнила анкету без особых надежд, просто «на удачу». Каково же было моё удивление, когда через две недели пришло приглашение на собеседование! Поняла, что отступать уже некуда: нужно пробовать. В итоге спустя полгода я уже подписала контракт.
– Как проходил процесс отбора и обучения?
– Самым серьёзным испытанием на этапе отбора стала медицинская комиссия. Приходилось проходить множество специалистов и сдавать различные анализы: здоровье должно быть не просто хорошим, а отличным, практически идеальным. На этот этап у меня ушло несколько напряжённых недель. Обучение было насыщенным. Нам преподавали аварийно-спасательную подготовку, основы сервиса, правила оказания первой помощи. Было непросто, но невероятно интересно. Самым сложным блоком оказались действия в чрезвычайных ситуациях: здесь нельзя допускать ошибок, знания должны быть доведены до автоматизма.
– Каким был твой первый самостоятельный рейс?
– Помню его так ясно, будто это было вчера. Это был полёт в Калининград. Я волновалась настолько сильно, что практически не спала накануне. Дело в том, что это был не только мой первый рабочий вылет, но и вообще первый в жизни опыт полёта на самолёте: до этого я никогда не летала! К счастью, мне попался хороший экипаж: коллеги поддерживали, подсказывали и помогали во всём.
– Как выглядит твоя личная сумка или чемодан? Что внутри?
– Если бы в мою сумку заглянул посторонний человек, он, скорее всего, назвал бы содержимое непонятным. Но для меня там царит своя строгая система: всё разложено по местам и всегда под рукой. Обязательный набор: документы, сменная обувь и одежда, а также множество мелких, но важных вещей, необходимых для работы на борту.
– Есть ли у тебя суеверия или традиции в авиации?
– Да, определённые приметы существуют. Например, если оторвалась пуговица, её ни в коем случае нельзя пришивать обратно сразу же. Считается, что это приведёт к задержке рейса. Чтобы полёт прошёл легко, многие из нас стараются прикоснуться к фюзеляжу самолёта перед входом. И, конечно, классическое правило: мы никогда не говорим «последний» рейс, используем только слово «крайний».
– Есть ли любимый маршрут? Бывает ли, что ты остаёшься в другом городе на отдых?
– Пару раз в месяц у нас случаются командировки с ночёвкой: от нескольких часов до 2-3 дней мы находимся в другой стране. Из таких поездок мне больше всего запомнился Стамбул. Хотя я была там всего пару раз, город произвёл огромное впечатление. Отдельная любовь – просто сидеть у Босфора и наблюдать за жизнью города.
– Кто для тебя самый сложный пассажир? А кто – самый любимый?
– Сложный пассажир – тот, кто игнорирует инструкции безопасности, вступает в агрессивные споры или проявляет негатив на борту. Такие ситуации требуют большого терпения и выдержки. Любимый пассажир – спокойный человек, он вежлив и благодарит экипаж за работу. Когда встречаются такие тёплые, отзывчивые люди, весь рейс проходит легко и приятно, словно на одном дыхании.
– Какие вопросы пассажиры задают тебе чаще всего?
– Обычно спрашивают о времени полёта или о том, над какими городами мы сейчас пролетаем. Но бывают и забавные вопросы. Например, часто интересуются, есть ли на борту парашюты (спойлер: нет, их нет даже у командира!). Однажды меня даже спросили, разрешено ли нам, членам экипажа, есть во время полёта. Кстати, не только можно, но и нужно (улыбается).
– Какие вещи пассажиры чаще всего забывают в самолёте?
– В лидерах телефоны, паспорта, детские игрушки и шейные подушки. Эти вещи мы находим регулярно. К счастью, служба потерянных вещей работает чётко, и мы всегда стараемся вернуть забытые предметы владельцам.
– Есть ли у тебя личный ритуал? Например, всегда ли ты смотришь в иллюминатор при посадке в Минске, думая о доме?
– Как только самолёт касается земли, первым делом пишу родным, что прилетела и со мной всё в порядке. Кстати, сначала я почти никому не рассказывала о новой работе, знала только мама. Она была одновременно удивлена и рада за меня. Папа же сначала сильно переживал, ведь профессия бортпроводника действительно тяжёлая физически и морально. Но сейчас могу однозначно сказать: они мной очень гордятся.
– Насколько сложно справляться с разницей во времени, сбитым режимом, перепадами давления? Как твой организм адаптировался? Есть ли личные лайфхаки?
– Адаптация требует дисциплины. После ночных рейсов обязательно стараюсь поспать днём, но контролирую себя, чтобы не проспать до вечера и не сбить ритм окончательно. На борту моё главное правило – пить как можно больше воды, чтобы бороться с обезвоживанием от сухого воздуха. Для кожи лица всегда использую термальную воду.
– Насколько далеко вперёд ты знаешь своё расписание?
– По-разному. Иногда график известен на месяц вперёд. Расписание может измениться в любой момент, поэтому приходится быть готовой ко всему.
– Какая самая трогательная или необычная история, случившаяся на борту, навсегда осталась в твоей памяти?
– Мне запомнился полёт, где летела мама с тремя детьми. Ей было трудно справляться одной, особенно с самым маленьким сыном. Я старалась помогать ей по мере сил: приносила воду, отвлекала старших детей, а малыша даже удалось убаюкать на руках. Мама была безмерно благодарна, и эта искренняя человеческая признательность греет душу до сих пор.
– Что было самым трудным на старте профессии?
– Осознать уровень ответственности. Опоздания недопустимы категорически, даже на пять минут. График тоже требует перестройки: сегодня ты встаёшь в 2 часа ночи, а завтра можешь проснуться в 3 часа дня. К такому режиму, думаю, полностью привыкнуть невозможно, нужно просто научиться с ним жить.
– Сколько стран ты уже посетила? Есть ли места, куда хочется возвращаться снова и снова?
– Честно говоря, никогда не считала точное количество стран. Наверное, я побывала практически во всех точках назначения «Белавиа». В некоторых странах была уже много раз, но каждый визит уникален. Из самых ярких впечатлений – Вьетнам, Турция, Китай, Таиланд. Но, несмотря на красоту экзотики, больше всего мне всегда хочется вернуться домой – в родную Беларусь.
Блиц
– Любимый звук в аэропорту?
– Объявление о начале посадки. В этом звуке есть что-то родное и успокаивающее: это сигнал, что работа экипажа подходит к концу, а люди скоро окажутся дома.
– Любимый аэропорт?
– Безусловно, родной Минский национальный аэропорт. Здесь я знаю каждый уголок: где варят самый вкусный кофе, где можно выгодно и вкусно поесть и где лучше всего провести время в ожидании рейса.
– Белорусская еда, по которой ты скучаешь за границей?
– Мамина кухня. Сейчас бываю дома редко, поэтому очень скучаю по домашней еде. Больше всего не хватает маминых драников и наваристых супов.
Беседовала Виктория МОРОЗ.
Фото из личного архива И. Атрощенко.
